Рассказал(а):
cytyl
cytyl

- О, мамуля! привет! Венька заскакивает матери на...

- О, мамуля! привет!
Венька заскакивает матери на руки и звонко чмокает в щеку.
- Ну, пошли скорее домой! Мне уже надоело сегодня в садике..
- Ну прости, малыш, наверное, ты опять самый последний? Ты же знаешь, работа... - Алла виновато пожимает плечами.
Венька не обижается - он самый лучший в мире сын. Он все понимает. Всегда, ну или почти всегда, слушается, особо много не дерется, даже учится с охотой - умный мой славный пятилетний мужичок. Мущщинка мой... И Алла тоже со вкусом и смехом целует сына.
- Ма-аа, - начинает Венька чуть погодя, - тут такое дело...
Ооооо, с этого "тут такое дело..." у Веньки начинаются коротенькие отчеты о его самых больших неприятностях. Алла настораживается - опять подрался? Или снова нарисовал свою подружку Таньку верхом на коне? Или снежкой намылил ее вечно смеющуюся рожицу?
Кстати, с конем вышла та еще история - все, кто смотрел рисунок, почему-то решили, что нарисована голая девица. А это была Танька в образе принцессы Ксены... Танька, кстати, вовсе и не против эпического полотна - сама попросила нарисовать ее всадницей, и даже позировала, сидя на скамейке верхом, но вот Танькина мама - особа не работающая, сильно раскрашенная ("как индеец на тропе войны" - это Венькино) и крайне скандальная - поняла по-другому и пошла с рисунком и визгами к заведующей детским садом. Пришлось отпрашиваться с работы и ставить точки над И... А вечером на кухне вдвоем с Венькой учиться рисовать лошадь, так как существо, находящееся под Ксеной, больше смахивало на перекормленного крокодила. Причем крокодил явно был с похмелья - лапы слабонервно подгибались, а глаза рептилии были заведены под потолок. По замыслу художника Веньки, конь на рисунке должен был любоваться Танькой, видимо, теряя сознание от ее красоты...
- Так, Венька, - Алла остановилась и по возможности максимально строго глянула на сына, - и что на этот раз?
- Понимаешь, мам, сегодня у нас был урок английского и Слава Всеводо.. Вседово... Все-во-ло-довна сказала нам назвать иностранные слова на букву "С"...
Алла холодеет - в ее памяти есть несколько не очень приятных и далеко не англицких слов на эту букву.
- И что же ты сказал?
- Я сказал: "Спирохета, СПИД и сифилис"... А все стали спрашивать, что это, а Слава Все.. Всеводо.. Вседово... Все-во-ло-довна сказала, что эти слова не английские. И я сказал, что это латынь, а они сказали, что нет такого языка, а я сказал, что есть, но мертвый... И тут все стали кричать, что мертвые не разговаривают, а я стал рассказывать про сифилис и спирохету и латынь, но Слава Всеволодовна велела мне замолчать. Я и замолчал. А они все равно кричали и было так шумно, что прибежала заведующая. И получилось, что я сорвал урок... Ма, меня что, исключить могут за плохие слова? А если они плохие, то почему Анна Тимофеевна ими на своих больных говорила?
Алла корчится от смеха - слова на букву "С" есть и пострашнее, конечно, но вот именно эти, выданные на уроке Венькой, услышаны им от дерматовенеролога Анны Тимофеевны.
Ну и кто же виноват, что в садике то карантин, то каникулы? Куда детворе деваться? Хорошо, если есть бабушки-дедушки, а если так, как у них с Венькой - никогошеньки? Вот и приходится брать с собой. Только в реанимации малышу зачастую не место, а Анна Тимофеевна- женщина пожилая, внуки ее живут далеко, да и нагрузка у нее не та, что у Аллы, вот она с Венькой и возится. Любит его и балует. Книги с ним читает. Иногда, видимо, и по специальности, а память у Веньки отменная... Врачебное дитя, что поделать?
- Не боись, - бодро утешает сына Алла, - прорвемся! Не исключат.
- Конечно, не исключат, - уверенно вторит Венька, - я ведь сын знаменитого разведчика...
Эту легенду о разведчике и его важном задании Алла выдумала для Веньки год назад, когда он плотно заинтересовался вопросом об отце. Сам разведчик Антоша так поспешно скрылся к радистке Кэт, что забыл даже некоторые свои вещи и вот уже четыре года вместе с Кэт, работающей парикмахером неподалеку, тщательно выполняет задание Родины, не присылая шифровок или денежных знаков. Веньке не было и семи месяцев, когда это произошло, отца он, конечно же, не помнил, но одежду сбежавшего разведчика категорически запрещал кому-либо отдавать - а вдруг папочка вернется с задания, а одеть ему нечего? Непорядок! Так и висели в шкафу свадебный костюм, пара рубашек и стояли черные лакированные свадебные же туфли. Эх, Антошенька-Штирлиц, Мюллера на тебя нет...
- Венька!!!, - это Танька с ледяной горки, лихо съезжая прямо на попе. - Иди сюда, покатаемся!
Опять Танька по темноте одна на улице! У мамы-индейца, видимо, тяжелый день - с утра шоппинг, вечером шейпинг. Уморилась. Дать бы ей пару поджоппингов, чтоб башкой думала, как девчонку одну на ночь глядя гулять выпускать!
- Ой, Венька!, - голос у Таньки теперь испуганный, - Смотри, чего я нашла... Мамочка!!! Теть Аллочка, тут дяденька умер... Или нет - умирает еще!
Под детской качелей, кутаясь в грязное и рваное пальтецо и загреб@я под себя босыми ногами рыхлый снег, лежал мужчина лет сорока. Алла пощупала его пульс - жив, голова разбита, а запаха вроде и нет. Нет, есть, но небольшой и достаточно благородный... И на бомжа вроде не похож, но раздетый... "Скорую нужно вызывать", - успело промелькнуть в голове, как вдруг мужик перевернулся на спину и уставился на Веньку.
- Веня, - сказал он, - здравствуй...
И закрыл глаза.
- Мама, это же папа!!! Раненый! он с задания пришел! Мам, что же ты стоишь??? давай его скорее домой! мама!!!
Алла понимает, что в таком состоянии Веньку волновать и разочаровывать нельзя.
Обескураженная до крайности нелепостью ситуации, она, недолго думая, решила-таки завести мужика домой, может быть покормить и перевязать - пусть Венька успокоится да ляжет спать, потом можно будет и "Скорую" вызвать... А утром сыну рассказать, что папа снова ушел на задание.
Общими усилиями Алла и Венька, при моральной поддержке Таньки, завели-таки "папу" домой. Обиженная Танька тут же выпроваживается - вот еще под ногами путается тут помощница...
Дома Алла с трудом поймала раскрасневшегося и разгоряченного Веньку.
- Слушай, Вень! Сейчас папа помоется, потом поужинает, но ему мешать нельзя, так что ложись пока спать.
Но Венька все еще близок к истерике и крайне неспокоен:
- Нет, я буду только с папой! Я так его долго ждал...
Вместе Алла и Венька с трудом заводят мужчину в ванную и кое-как раздевают.
Под прохладным душем очередной раненый разведчик понемногу приходит в себя.
- Как тебя звать? - шепотом спрашивает Алла потерпевшего. Ответ превосходит все ожидания. Стуча зубами, мужик выдавливает:
- Антон Михайлович...
- Ладно, Антон, мойся, потом поговоришь, - тихонько, злясь на себя и на дурацкую ситуацию, бурчит Алла.
Но Венька слышит имя. Разве могут быть сомнения - это папа!
И возбужденный мальчик тащит в ванную костюм, рубашки и туфли отца.
- Папа, одевайся.
Вот он, золотой миг триумфа! Не зря ведь не отдавал матери на вынос... Венька даже смотрит как-то не так - с вызовом, с гонором, с победой. Таким Алла сына еще не видела...
Алла торопеет, но молчит - она просто не может понять, как же ей поступать? Что же делать? Как спасти сына от разочарования и боли?
Вопросительный взгляд из ванны строго пресекается ею именно по этой причине.
- Одевайся, Антон. И не вздумай что-нибудь спросить...
На кухне Алла обрабатывает рану на голове мужчины - не опасно, просто след от удара, и кормит его ужином. Венька сидит тут же за столом и зачаровано наблюдает за процессом поглощения пищи старым опытным разведчиком, ревниво напоминая маме, что в холодильнике есть остатки торта - забыла, что ли, папе положить? Нет, ему, Веньке, торт не нужен - пусть папа ест, он раненый, уставший с задания, голодный и замерзший... Там, на задании, тортами небось не кормят...
Разведчик молча ест. Он уже пришел в себя и, хотя не совсем понимает, что происходит, по-видимому, чувствует, что зла ему в этой странной квартирке не желают.
Только поздно ночью малыш, наконец, угомонился, ревниво подложив под щеку папину руку...
Осторожно освободившись от мирно сопящего и абсолютно счастливого Веньки, мужчина со странной теплотой накрывает одеялом его плечико и, не удержавшись, тихонько целует мальчика в потный висок...
- Ты извини, - говорит он на кухне Алле, сидящей за столом и тупо рассматривающей квадратики клеенки, - я просто на банкете был, выпил достаточно много... Машину со стоянки решил не брать, поехал общественным транспортом, будь он неладен. С маршрутки вышел, решил домой идти дворами. Вот по голове и получил... Барсетку жалко - там документы... И дубленку... Сняли, но совесть, видно, есть - свое рванье оставили. Да ладно, это наживное. А Веньку по имени назвал, потому что слышал, как девочка ему кричала. Таня, что ли? А где ваш папа?
Вздохнув, Алла рассказывает всю их немудренную историю незнакомому перебинтованному бойцу невидимого фронта.
- И что же теперь делать? - спрашивает, почесывая перевязанную голову, вновь обретенный разведчик.
- Что делать? - голос Алла жесткий и спокойный, - А ничего! Будешь себе жить, как жил, а я тебя опять на задание отправлю. Только завтра рану свою врачам покажи. И давай уже, двигай домой, поздно, мне на работу завтра.
- Где ты работаешь?
- В больнице. А ты?
Антон Михайлович мешкает с ответом. Потом выдает:
- Не поверишь... Профессор я... Сегодня должность дали. Вот ее и приливал. А защитил докторскую еще летом.
Алла смеется - вот это уже перебор! Врун, оказывается, их спасенный боец.
- И ничего не врун! - обижается Антон, - Я сопромат преподаю. Жаль, документы сперли, а то бы... Ох, черт! Как же я... Черт!!! Там же приглашение на работу в Англию! Черт!!! Дернуло же меня пойти по вашим дворам!
- Ладно, профессор, - Алле смешно и весело от неприкрытого вранья, - чеши уже домой. Вставать утром рано.
- Слушай, а можно я завтра к Веньке зайду?
Алла молчит. Глаза ее наливаются почему-то слезами, а в груди тяжело и резко нарастает боль.
- Нет, Антон. Не нужно. Я ему правду расскажу... Это лучше, чем в сказку верить и все время обманываться...
*****************
На следующее утро Венька не смог пойти в детский сад - мама рассказала ему правду.
Папа был проездом.
И опять уехал на задание.
И опять надолго.
И опять не простившись...
Алле пришлось взять отпуск за свой счет, потому что мальчик так горько плакал, что к обеду у него поднялась температура. Да и сама Алла была выбита из привычного ритма жизни появлением неожиданного дублера знаменитого разведчика...
К вечеру атмосфера в доме напоминала поминки - Венька вяло перебирал своих любимых индейцев и солдатиков, а Алла делала вид, что читает, сидя рядом с ним. Говорить им не хотелось. Смотреть друг на друга тоже было непросто - так тяжело жгли души недоверие и обида. На кого? Ни на кого - просто на все...

Когда в прихожей раздался звонок, Венька вдруг резко подскочил:
- Это папа! Я знаю!!!
За порогом действительно стоял Антон - с букетом цветов и большой машиной в красивой обертке.
Венька молча повис у него на шее, проигнорировав игрушку и приготовленные для такого случая упреки.
А Алле показалось, что в их дом внезапно вошла радуга - так радостно, красиво, шумно и весело заиграли вдруг лучики на хрустальных подвесках старой люстры, так ярко засветились глаза сына и так вдруг разбилось на цвета спектра изображение ее собственного мира, увидевшего все происходящее через внезапно навернувшиеся слезы...
*******************
В Англии они прожили пять лет.
Венька всем говорил, что его папа долгое время был разведчиком, но теперь на пенсии - как разведчик, конечно, но Родине продолжает служить, только уже в виде профессора по сопромату.
Там, в Англии, у Аллы и Антона родилась девочка. Венькина сестричка. И угадайте, как он ее назвал? Ну, конечно же, - Танькой! Разведчики - народ постоянный и привязанностей не меняют - будь то родители, Родина или лучшая подружка...

Автор: Irenа Prozorsky

41/29
Про авторские права на истории Все истории, размещённые на сайте, принадлежат их авторам. Если вы нашли свою историю и желаете ее убрать - пишите.
<< Предыдущая Следующая история >>
Новые анекдоты Свежие истории Свалка анекдотов Неопубликованное
Хорошие и добрые истории

Добавить комментарий

mail